«Лежу и слышу, как сына душат». Пенсионерка утверждает, что ее избили соседи по участку

Анне Ефимовне из Ужесельги 78 лет, она ветеран труда и малолетний узник лагерей Великой Отечественной войны. В деревне у нее небольшой участок и дом. Именно из-за участка той осенью у нее начались проблемы с соседями, которые, по ее словам, не только нагло портят ее посадки, но даже избили ее и ее сына.

Как пишет «Столица на Онего», архивная справка от 20 апреля 1992 года указывает, что площадь земельного участка Анны Ефимовны (кадастровый номер 10:20:0060401:15) составляет 0,25 га. Но потом по какой-то причине в свидетельстве о государственной регистрации права площадь этого участка стала 1987,47 кв. м . Анна Ефимовна считает, что произошла кадастровая ошибка. Вместе со своей сестрой Палагеей Ефимовной они обратились в суд, наняли адвоката, что исправить ошибку и обязать управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РК произвести данную процедуру. Однако 1 ноября 2018 года Прионежский районный суд оставил исковое заявление без удовлетворения, пояснив, что исправление ошибок в ранее выданных свидетельствах о государственной регистрации действующим законодательством не предусмотрено.

Столица на Онего

По словам старушки, в мае 2017 года ее соседи стали строить рядом дом. Трактор вырвал ее кусты, рабочие снесли забор, спилили ветви яблони, чтобы через участок пенсионерки провести электричество. Более того, второй сосед также стал отодвигать свой забор на территорию Анны Ефимовны. Таким образом, у пенсионерки от 25 соток осталось уже 15.

Выкопал все кусты: крыжовник, красную смородину… С моего участка утащил. Утащил кусты с забором. Он работает в полиции. Я-то не знала. Я только недавно узнала. Они такие хитрые эти люди – соседи. Никогда мы с ними… С ними и общаться-то страшно. С ними станешь по-хорошему, а они говорят черт те знает что, даже стыдно сказать, такие слова. Вот, они вытащили все кусты, выкопали ямы, все с моего участка. Черная смородина, красная смородина, крыжовник, мелкий, крупный – все выкопали трактором и погрузили на КамАЗ и уехали. Там колодец мне нарушили поливочный, питьевой. Но он мне обещал поставить забор, — говорит пенсионерка.

Более того, соседи пытались обвинить ее в краже электрощита, уверяет пенсионерка.

Первого числа ноября я снимала кабачки, — рассказывает она, — а в воскресенье, или в понедельник приходит участковый и говорит: «Я участковый. Мне сказали, вы украли щиток». Я? Щиток? Вы чё, обалдели? Я говорю: «Я теперь буду ходить со щитком вот так!» — Анна Ефимовна показывает руками, как будет прижимать к груди прибор и никому не отдаст.

Пенсионерка сдаваться не стала: на месте старых кустов посадила новые, а еще клубнику. Вместо снесенного забора установила новый, из подручных материалов. По словам пенсионерки,  у ее соседа два сына: Максим и Александр. Первый якобы работает в УМВД по Петрозаводску, второй – военнослужащий. В каждом из ведомств «Столице на Онего» подтвердили, что информация соответствует действительности.

Столица на Онего Столица на Онего Столица на Онего

Дальше — хуже. Однажды пенсионерку и ее сына попросту избили:

Я сидела на кухне, дверь приоткрылась, протянулась рука. А сын стоял там, у дверей. Кто-то потянул его. Я думаю: так, интересненько, кто же его так? – не зашел, а потянул. Ну, я выхожу, стоит пьяный уже А.М., он военный, и второй паренек военный, и бьет сына. Я, конечно, стала заступаться. Я говорю: «У-у-у, да ты еще пьяный! Какое имеешь право?!» А он, конечно, меня как ударил! Я, ребята, не помню, как упала. По голове ударил. Я упала. Я лежу так и слышу, как сына душит А.М. Они были с другом. Как я встала… стала заступаться. А они взяли и потащили (сына) на дорогу и угрожали, что они его убьют. Они на него сели, а тот (друг) тоже начал дубасить его ногами. Я пошла (к ним). И как он обратно меня ударил, я обратно упала, и опять не помню. Я упала уже без шапки и без всего, без обуви… Я доползла до крылечка, где посидела, и подъехала машина. Машина одна, потом вторая. Я записала номера, сходила взяла ручку… —  об избиении Анна Ефимовна говорит буднично и спокойно. Будто все эмоции уже перегорели.

Бабушка отправила несколько заявлений: в прокуратуру Прионежского района, в местную администрацию, в полицию. В конечном итоге материалы оказались в военном следственном отделе: по факту побоев проводят проверку, других данных пока нет. У сына пенсионерки в травмпункте сняли побои, а вот Анна Ефимовна от госпитализации отказалась, несмотря на диагностированное сотрясение мозга.

А я тянула, думала пройдет у меня голова, но голова не проходила. Я пошла, они меня хотели уложить в больницу. Я не легла. А кто будет животных кормить? Они умрут, кто их кормить-то будет? Отказалась я, честно говорю. А у меня и по сей день голова болит.

Когда готовился материал, стало известно, что толку от заявлений — ноль. Спустя три дня после разговора рабочие, которые трудятся у соседей, кинули грязную мочалку и какую-то ветошь в питьевой колодец ветерана.

Они давно на меня… — Анна Ефимовна замолкает на мгновение. — Я их не пускаю (на свой участок), ходила к прокурору, прокурор не дал им повесить на моей территории счетчик, чтобы свет записывать. Прокурор приехал, сразу сняли все, провода убрали. Еще когда украли у меня забор, кусты все украли, пришел участковый, пришел следователь. Он у меня все документы посмотрел и сказал: «Тебе, девушка, одной не справиться». У меня есть все, удостоверение, награды. А толку с этих наград?

Источник: gubdaily.ru